Как «изменить» экспертизу?
Правомерность строительства заправки «подтверждают» такие документы: вывод комплексной государственной экспертизы 2002 года, выводы пожарной охраны, санитарно-эпидемиологической станции, экологической экспертизы, согласования Управления градостроения и архитектуры, вывод Управления культуры Ивано-Франковской ОДА, вывод Госкомзема Украины.
Когда дошло до судов, то вынуждены были использовать и данные экспертизы пределов захоронений. Однако вывод экспертов в устах строителей и судей прозвучал или не наиболее туманно.
Дело в том, что пределы территории старинного Еврейского кладбища определенно техническим отчетом Государственного предприятия геодезии, картографии и кадастра «Карпатигеодезкартография» в 1998 году. Тогда было еще и найдено братскую могилу времен Голокоста рядом с кладбищем. Впрочем в судебных решениях отмечалось, что этот технический отчет «не был утвержден в установленном порядке», а потому «ему не предоставлялась правовая оценка». Странно? Поэтому когда уже шла речь к строительству, на основании постановления Хозяйственного суда Ивано-Франковской области от 12 июля 2005 года Львовский научно-исследовательский институт судебных экспертиз осуществил другую – судебную строительно-техническую – экспертизу. В заключительной части экспертного вывода № 3032 от 31 декабря 2008 сказано, что «установить, входит ли земельный участок. на которой проводится строительство АЗС ТзОВ «Компания БИ-ОИЛ Нефть», в пределы старинного Еврейского кладбища по улице С. Бандеры в г. Коломыя, не кажется возможной». Как объясняет юрист Ирина Гук, пределы кладбища были разрушены в результате ведения хозяйства, а вывод эксперта не опирался на подставную документацию от строителей и городского совета. Впрочем экспертиза отмечает, что при нанесении пределов участка, на котором строится автозаправка, на фрагмент аэрофотосъемки уличной застройки Коломыи 1944 года судебной экспертизой установлено, что она «частично входит в пределе территории старинного Еврейского кладбища».
Вопросы правомерности построения АЗС на территории коломийского кладбища рассматривали Хозяйственный суд Ивано-Франковской области и Львовский апелляционный хозяйственный суд. С того, что был «заключен соответствующий договор аренды», Хозяйственный суд 24 июля 2009 года делает вывод, что компания построила автозаправку «в установленном законом порядке». Львовский суд решениям от 27 октября 2009 года тот вывод оставил без изменений.
Статус – без срока давности
Согласно законодательству Украины, статус земель историко-культурного назначения имеют все захоронения, невзирая на давность и нехватку документации или регистрации в государственных учреждениях. Обязанностью органа местного самоуправления является охрана и паспортизация этих объектов. Однако создается впечатление, что культурное наследие в Украине лишено независимой оценки. Потому что и решение о важности достопримечательности, и разрешения на строительство выдает один и тот же орган – Государственная служба из охраны историко-культурного наследия при Минкультуры, которое возглавляет бывший строитель Николай Кучерук. Центр памяткознавства при Национальной академии наук Украины имеет научных работников высокого уровня, но они к экспертным выводам не допускаются. По Закону «Об охране культурного наследия», места захоронений следует внести в Государственный реестр достопримечательностей. Это должны делать местные органы охраны культурного наследия. «У нас есть всего несколько кладбищ, которые имеют отдельный статус, – рассказала научный секретарь Центра памяткознавства НАНУ Елена Титова. – Места массовых захоронений мирных жителей, в частности еврейского населения, – это объекты исторического и культурного наследия, но в очень немногих случаях такие места имеют статус достопримечательности».
Госпожа Титова объяснила, что общественная организация, которая нашла могилу, может подать заявку о предоставлении статусу к местным органам власти. Однако появляется другая проблема. Органы местного самоуправления разделили на паи земли, на которых содержатся достопримечательности. По закону, участок с достопримечательностью может находиться в собственности лишь при условии, что дальнейшей застройки там не будет. За этим должны следить органы местного самоуправления. Но временами эти органы не стремятся охранять даже достопримечательность на «свободной» земле.
Суд и общество
«Бывают, когда мы как общественная организация представляем все документы – местная власть нам отказывает, потому что кому-то пообещала участок, – рассказывает Мейлах Шейхет. – Единственный рычаг влияния – суд. А суд решает, оказывается, «на основании законодательства» и.. «собственных убеждений судьи». И здесь есть бездна, в которую падает и закон, и нравственность, и интересы украинского общества. Выходит, есть законодательство, а есть решение суда». Хотя международные соглашения являются более приоритетными, тем более и национальное законодательство исчерпывает относительно сохранения давних захоронений. Но законы «не работают».
Еще один тревожный сигнал для общества – это выступление в суде в поддержку незаконной застройки председателя еврейского общества Коломыи, бизнесмена Якова Залищикера. «Заправка построена на пределе с кладбищем, – прокомментировал господин Залищикер. – Она за забором. Если честно подходить, то они зашли за этот забор где-то метров на восемь». Протестовало ли против этого само общество? Семь лет тому, когда строительство лишь начиналось, старушки коломийски евреи сложили листа в суд, где просили дать спокойствие могилам и отмечали, что «кладбище – это единственное, что осталось от дорогих родителей». Младшие, зрадянщени, евреи, которые не воспитывались в традиции, часто не чувствуют потребность беречь духовное наследство.
«Обратитесь к любому человеку – она ужаснется. Украинцы не строят на могилах, это не есть украинское сознание. Это показывает оторванность власти от украинского народа, – говорит Мейлах Шейхет. – Но думают за весь народ. Так же – мы не виноваты, что были евреи у НКВС, но нас всех к ним приравнивают. Нужен же тот круг разорвать. Мы – часть украинского исторического культурного наследия. У нас разные религиозные традиции, но есть еще общечеловеческий уровень – и он общий».