Виктор Ющенко: Для выхода из кризиса Украине нужен отчаянный Премьер
По словам Президента, финансовые неурядицы повлекла политика популизма, но падение гривни скоро остановится. Вездесущий кризис, о котором только и разговоров на телевидении,, в прессе и общественном транспорте напоминает мифическую химеру – чудовища с председателем льва, телом козы и хвостом дракона. Все ее боятся и никак не могут укротить. Потому, по-видимому, вполне естественно, что общение Президента с журналистами газет «Украина молода», «День» и «Факты» на тему политического и экономического кризиса происходила в Доме с химерами. Виктор Ющенко выразил свое виденье борьбы из почварою-кризой и ее персонификациями.
«Нужно не говорить о мировом кризисе, как тучу в штанах, а выполнять свою работу качественно и профессионально»
- Викторе Андреевичу, почему Украина оказалась неготовой к кризису и кто в этом виноват?
- Истоки этой ситуации нужно искать в политике социального популизма. За год социальные стандарты были подняты на 50 процентов, а теперь, перед 2009-м, мы сидим и не знаем, кто подаст бюджет. Никто этого делать не хочет, все побаиваются, потому что популизм принес такие обязательства, которые национальная экономика не может обслугувати. За первый квартал мы (я говорю «мы» из уважения к леди, чтобы не называть фамилии) выполнили годовой показатель инфляции. Тогда сказали, что это вина Януковича, который передал новому правительству такую инфляцию. Потом, когда тенденция продлилась во втором квартале, – это уже оказалась вина внешнего фактора, проблем с энергоносителями. Хотя частица энергоносителей составляет не более чем 1,5 процента. Эта боязнь признать свою ошибку говорит о том, что человек не способен изменяться, не способная принимать решение другого плана. А это опасно, особенно тогда, когда политика формируется не правительством и не коалицией, а одним лицом.
Дефицит фонда занятости составляет два миллиарда – по-видимому, это впервые с ноября 1917-го такой показатель. А речь идет же о структуре, которая первой приходит на помощь человеку, который потерял рабочее место. Но сегодня, когда это так нужно, в фонде нет средств. Простите, я как Президент не хочу выходить к народу с этой новостью. Но это не значит, что я не хочу ставить этот вопрос как проблему, которая реально существует. Потому что если его не ставить, то проблему никто не решит.
Как случилось, что фонд, который формируется из отчислений от зарплаты, то есть из фиксированных показателей, сегодня не имеет баланса? До этого привели все те политические окольные пути, те популистские законы, которые были приняты на протяжении года. Не хочу их называть, чтобы меня опять не обвинили в том, что я против учителя, против медика или еще против кого-то. Но вопрос не в сладких словах, а в том, чтобы за каждым словом шла ответственность!
Приведу вам еще один маленький пример. Самый страшный вопрос для правительства – это коммунальные тарифы. Я не слышал, чтобы правительство затрагивало вопрос о повышении тарифов на газ. Они у нас ниже, чем в России, и это уже завело нас в тупик. Потому что Украина не добывает своего газа в таких количествах, в которых нуждается прирост потребления, мы не вкладываем в свой газовый комплекс инвестиций, потому что все, что он добывает, потребляется по льготной цене, которая не компенсирует даже его себестоимости. НАК «Нефтегаз» – субсидийний институт, а это неправильно. Это чей-то популизм, который я как ринковик не могу поддержать. В действительности треть электроэнергии потребляется богатыми людьми, а это – 12 процентов от всех потребителей. За год бюджет компенсирует им льготную цену на 3,5 миллиардов гривен. У меня вопрос к Премьер-министру: почему она получает электроэнергию по льготным тарифам? Почему Президент получает такие льготы, и депутаты, и министры, и миллионеры – люди, которые могут заплатить за энергию и воду по себестоимости? Мы же забираем средства у той части общества, которой они сегодня критически нужны! Когда цена одинаково льготна и для бедного человека, и для богатой, это несправедливость. Но такая бессмыслица заложена в политике правительства. И это тогда, когда мы не можем найти 60 миллионов на финансирование украинской книжки, 20 миллионов в поддержку украинской газеты. Зато по самой только электроэнергии легко выбрасывающие больше трех миллиардов.
Я не могу вынудить правительство, другую ветвь независимой власти, говорить об этих вещах. Но я убежден, что сейчас нужно не искать виновных, не бороться друг с другом, а действовать. Когда горит дом, ты не смотришь, какого цвета ведро с водой тебе подают – оранжевое или синее. А хватаешь его и заливаешь огонь. За такой аналогией нужно сегодня оценивать и власть.
- Ваш ответ на вопрос «кто виноват» понятная, но людей, по-видимому, больше всего интересует все же другое: что делать?
- Все то, что я говорю, – это не констатация фатальности, а призыв к серьезному изменению прежде всего текущего экономического курса, который приводит нас в тупик. Нужно отбросить популизм и перейти к прагматичной политике, начиная с бюджета на 2009 год. Без бюджета мы криза не поборем, и независимо от того, кто будет возглавлять правительство через полгода или года, он должен быть сбалансированным. А когда министр финансов представляет правительственный проект бюджета, где речь идет о дефиците в 40 миллиардов, во всех глаза на лба лезут – с таким бюджетом на люди выходить страшно!
Перед тем, как принять бюджет, необходимо принять предбюджетный пакет законов, который амортизирует проблемы главного финансового документа, потому что в нынешнем виде его утверждать нельзя. Кризис сделан у нас, в Украине, – текущей экономической и социальной политикой. Потому нужно не наводить тень на какой-то мировой кризис, как тучу в штанах, а выполнять свою работу качественно и профессионально.
Убежденный, что продолжение той политики, которая велась с начала года, – это упадок. Потому нужно найти способ вмешиваться в эту политику, изменять ее, делать более современной. У нас слово «реформа» используют уже только для анекдотов, а так нельзя. Выйти из этой ситуации может только сильное правительство, сильное, отчаянный Премьер, который ставит на первое место не политику. Кто-то называет его техническим, кто-то – прагматичным или аполитичным. Но главное, этот человек не должен оглядываться назад, волноваться за то, что подумает избиратель, а делать, возможно, и непопулярные, но правильные и неотложные шаги. Из тех решений, которые действительно нужно принимать в нынешних обстоятельствах, две трети люди не примут. Но проводить их нужно. Потому нам нужен Премьер-министр, который честно будет говорить нации о проблеме, а не будет заниматься гиблой политикой популизма. Я это говорю откровенно, без избыточных эмоций – просто как факт.
Я уже не раз наводил в пример китайский иероглиф для изображения кризиса, который состоит из двух частей: краху и надежде, шансу. И опять отмечу: из кризиса мы выйдем другими. Но для этого выхода нужна новая политика. Если она не будет представлена радикально быстро, то мы просто потратим больше времени. А затем все равно придет то правительство, та команда, которая будет готова взять на себя ответственность делать непопулярные вещи. Не посыпать сахаром, а говорить: вот правда и вот выход. Нация это только будет приветствовать.
«Досрочные выборы – это уже не приоритет, потому правительству и Верховной Раде незачем бояться»
- Так или иначе, теперь на своем месте остается действующая правительственная команда. А могло уже быть и иначе, если бы 7 декабря состоялись досрочные выборы… Почему вы приостановили действие указа о роспуске Верховной Рады, если это одинаково ничего не изменило?
- Для того, чтобы их провести, необходимо было обеспечить финансирование, а с этим возникла проблема. Наша трагедия заключается в том, что Премьер-министра нельзя вынести из кабинета, – еще ни один глава правительства не вышел из него добровольно. Если бы Премьер-министр действовал демократически, то средства на выборы были бы выделены из резервного фонда, ведь для этого нужно только решение правительства. То есть в нынешней ситуации в действительности – решение одной персоны. Но на то не было доброй воли, более того – делалось противодействие.
Потому мы договорились, что Президент дает время, чтобы в парламенте на протяжении нескольких недель были приняты изменения в бюджет для финансирования выборов и безотлагательные законы, а затем, из согласия всех политических сил, опять будет выдан указ. Это был компромисс. Мы дошли до такого состояния, когда народ просто удерживает парламент, а отдачи нет никакой: де-факто коалиции нет, парламент не только не работает, а повестка дня не может постановить. Императивная норма Конституции дает право Президенту распустить такой парламент.
Однако когда я дал Верховной Раде шанс развязать эту ситуацию, там началась сложная работа: сторона, которая поддерживает Премьер-министра, стала разными методами набирать людей, которые должны были не поддержать идею досрочных выборов. Нам нужно привыкнуть, что мы живем в демократической стране. Если парламентские силы на протяжении нескольких месяцев не могут найти общей позиции – в этом нет ничего фатального. Ведь есть демократический инструмент для выхода из этой ситуации: быстренько, за два месяца проводятся новые выборы, и в парламент заходят новые люди. Или старые, но при новых обстоятельствах. При которых никто из них не является Премьер-министром, Председателем Верховной Рады или комитета. Вот вам белый лист бумаги – рисуйте новую систему балансов и противовесов. А когда этот лист наполовину заполнен, мы мучаем общество и себя. Нельзя по кускам отрезать коту хвост – если не можете найти компромисс, то идите на выборы.
- Тогда, может, есть смысл обновить действую указу?
- Наша с вами разговор происходит фактически в канун Нового года. Нынешняя ситуация уже не и, что три месяца тому назад, и говорить о досрочных выборах как способе решения проблемы сейчас некстати. Нужно завершать политику 2008 года и формировать политику 2009-го, а не заниматься выборами. Это уже не приоритет, потому ни правительству, ни Верховной Раде незачем бояться. Вместо этого нам всем сейчас нужно вспомнить о том, что мы украинцы, и объединиться для борьбы с внешними и внутренними вызовами.
«Угрозы Партии регионов вывести людей на улице – это как бравада боксера своим халатом»
- Как вы относитесь к намерению Партии регионов поднять на уши всю Украину, если на протяжении ста дней правительство Юлии Тимошенко не справится с кризисом? Нужно ли, по вашему мнению, сейчас возмущать страну?
- Очевидно, институты политических партий придуманы для того, чтобы через политический диалог демонтировать кризисы, которые возникают. Партии существуют как способ гармонизации общественной и властной позиции, и их задание – не творить кризисы, а решать их. А заявления такого типу – это политическая бравада, разминка перед боем. Знаете, как боксеры перед выходом на ринг демонстрируют, какой у кого халат, какая обслуга, как там их одеколоном брызгают и массажируют… Думаю, это именно тот вариант. Потому что, если даже у ВР не будет ощущение, что исполнительная власть дает ответ на ситуацию, парламент переформатируется. Я в этом убежден, потому что негоже тем силам, которые находятся в Верховной Раде, со стороны давать оценки потому, что происходит.
«Я – самодостаточный человек. А разговор об участии в президентских выборах сейчас не на времени»
- На следующий день после избрания Председателем ВР Владимира Литвина Юлия Тимошенко обратилась к народу и заявила, что источником всего, что происходило на протяжении последних месяцев в парламенте, есть «пустая борьба за второй президентский срок». Днями лидер Партии регионов заявил, что будет принимать участие в выборах Президента. Обдумываете ли такое решение и осознаете ли, какой жестокий реванш может состояться в 2009 году?
- Я дам на этот вопрос очень спокойный ответ: это не моя проблема. Это ваша проблема – вас, журналистов, и тех 47 миллионов людей, которым надлежит выбирать, с какой властью они хотят жить. Это выбор, который в том числе сделаю и я. Я прожил свою жизнь так, как и хотел – достойно. И был убежден, что наилучшим подарком для нации является режим демократии. Какой нужно отстаивать ежедневно. Чтобы мы были свободными. Чтобы Печерский суд не освобождал суддю-злочинця Зварича от ответственности. Чтобы та организованная преступная группировка, которая работает под проводом Бюту по махинациям с землей на Киевщине, не спасал Верховный Суд. Я не идеалист, и знаю, в какой стране живу. И сколько нужно сделать для того, чтобы у нас появились честные судьи, честная и сильная прокуратура. Все это не вопрос однажды, и моих усилий для их реализации слишком мало.
Нужно быть реалистом. Украина независима только 17 лет. Это период становления для человека, а мы же говорим о государстве. Я вчера был на юбилее Евгения Сверстюка, и он, как по мне, блестяще ответил на один вопрос. По его словам, мы приняли независимость Украины вместе с большой кучей мусора – у нас была украдена история, потерянная ментальность, сдавленная мораль, разбитая церковь. Мы столетиями жилы как филиал (другого государства). Не было атрибутов государственности, не было политиков, которые могли бы сказать: «Я украинец, я отстаиваю интересы суверенной Украины и не хочу ехать на консультации в любую другое государство». В большинстве политиков еще рефлекса такого нет. Напротив, сказав слово, оглядываются туда – что там скажут, а то еще и пальчиком поманят…
А это все ощущение увечья. Когда мы не можем искренне говорить о критериях, на которых перестраивается нация и государство. В каком государстве мы собираемся жить – в такой, которая не уважает свой язык? Такого нигде в мире нет, ведь тогда и государства не будет. Государства, которое не помнит своего имени? Но каждая нация по крупинкам собирает свою историю из всего мира и свозит к одному месту, потому что это одна из основ ее идентичности. Культура, традиция, экономическая и политическая гармония – это все достижения, на которых творится нация.
Потому когда мы говорим о том, кто должен быть Президентом Украины, то по крайней мере за себя скажу: свою семью я могу доверить только демократическому человеку. Человеку, который не ассоциирует слово «патриот» с ругательством, а является им. Будущий Президент должен закрепить в Украине демократию – это пока еще лучше, что у нас есть от Оранжевой революции. А затем засучить рукава, и дай Бог, чтобы у него было большинство в парламенте, правительство, с которым есть идеологическая и прикладная связь. Такую гармонию я бы хотел видеть в украинской власти.
Но все начинается с того, чтобы не топтать демократию. То, которое имеет, легко забывается. Однако демократия дает уникальную возможность: отличать хуже от лучшего. Хоть бы о чем шла речь – об экономической политике конкуренции, проектах приватизации, политическую модель и тому подобное. За эти четыре года мы научились по крайней мере говорить и немного слушать друг друга. А когда человек слушает – это единственный способ быть умным. Потому что когда ты говоришь сам, то этот шанс теряешь, а когда слушаешь другого, то обогащаешься знаниями. У нас возник общественный диалог. Об этом свидетельствуют даже те шоу, которые есть на телевидении, тот диалог, который ведется в прессе. Думаете, мне как Президенту легко на это смотреть? Но я рад, что через такие дискуссии усыплено общество рано или поздно поймет, кто есть кто. Кто шоумен, кто авантюрист… Демократия – это то, что наилучшим образом изменяет общество.
Я самодостаточный человек. Я знаю, чего я достиг. И я буду там, где захочу.
- Но все-таки, обдумывали ли вы вопрос своего участия в следующих президентских выборах?
- Я его обдумываю. Потому что убежденный, что для серьезных людей не время делать такие заявления, не об этом сейчас нужно вести разговор. Придет время – думаю, мы об этом поговорим.
«В падении гривни виноват не НБУ, а «проколы» в политике правительства»
- Викторе Андреевичу, раньше у нашего молодого государства было достояние, которым мы гордились, – стабильная национальная валюта. А теперь с каждым днем она теряет свои позиции. Парламент и Кабмин обвиняют в этом Нацбанк…
- Как для человека, который сделал все, чтобы Украина имела надежную денежную единицу, мне неприятно видеть то, что сейчас происходит с гривней. Я доверяю Национальному банку и являюсь сторонником того, чтобы он был сильным. Это не государственный, а наднациональный, ни от кого не зависимый институт, для которого правительство, бизнес, частное лицо, – все являются ровными. В этом особенен и статус, и особенная ответственность НБУ.
Но Нацбанк не устанавливает курс гривни, а лишь фиксирует его. Курс устанавливается на рынке, где происходит соревнование двух потоков: продаже и покупке. У Нацбанка есть валютные резервы, которые он может использовать, если курс поставлен под риск через определенный эпизод. Эпизод, а не тенденцию. А если мы имеем торговый дефицит 14 миллиардов долларов, то Нацбанк должен обслуживать этот дефицит, а не изменять его. Пока НБУ бьют кнутами за то, что падает гривня, ему в 2009 году нужно обслужить 29 миллиардов платежей. Этот ресурс нужно где-то взять – в идеале из выручки от экспорта, но экспорт у нас падает. Потому когда речь идет об изменениях курса, то нужно искать причину. Потому что она совсем не в Национальном банке. Такие проблемы означают серьезные «проколы» – в торговой политике, платежной, бюджетной. Курс лишь сигнализирует о том, что где-то является потерей ресурса. Если правительство не изменяет торговую политику, то ее изменяет курс. Девальвация – это комплимент национальному производителю, ведь тогда экспорт начинает преобладать над импортом. Сегодня месячный импорт составляет 4 миллиарда, а три месяца тому назад было 10 миллиардов. Мы впервые имеем тенденцию, при которой национальные производители экспортируют больше, чем государство закупает на внешнем рынке, и это позитивная тенденция.
Думаю, одной из ключевых проблем НБУ была слабая коммуникация с населением. Нацбанк должен утром до вечера быть на телеэкране, объяснять народу, где у нас проблемы. Я не могу сказать, что разделяю все шаги, которое сделало правление НБУ, но нужно понимать, что наибольший удар по монетарной политике был нанесен тогда, когда после первого квартала страна вошла в высокую инфляцию. Нужно было изменять бюджетную политику, заниматься экономикой развития, а не потребление. Но у министра финансов не хватило на это мужества, у Премьера – здравого смысла. И вместо признать, что действия правительства ведут к упадку страны, нашли виновного – Нацбанк.
- И как надолго еще придется затянуть пасхи тем, кто получает зарплату не в долларах?
- Повторяю: курс – это следствие. Если не будут устранены причины, которые его порождают, проблемы с курсом гривни могут быть и в дальнейшем…
- То есть быстрой стабилизации и остановки падения гривни ожидать не выпадает?
- Нет, это не мой ответ. В действительности сейчас есть много позитивных сигналов, потому что причины изменяются на нашу пользу. Гривня передевальвована, но ажиотажный спекулятивный спрос на доллар, который к этому привел, уже спал. На прошлой неделе люди впервые продали доллара больше, чем купили – следовательно, общество насытилось. Правда, эта тенденция длилась несколько дней, но даже сегодня разница между покупкой и продажей доллара населением составляет два миллиона, тогда как было 50. Это еще не стабильность, но уже ее начало. Убежденный, что будет и обратный процесс (удешевление доллара). Хотя нам нужна стабильная ситуация, потому что, когда курс колеблется в любую сторону, это опять порождает спекуляцию.
Тот факт, что на счетах предприятий накопилось рекордное количество валюты, также свидетельствует: кризис недоверия уже достиг верхней границы и в дальнейшем будет происходить стабилизация. Кстати, от сегодня Нацбанк начинает серьезные интервенции через аукцион. Давайте друг друга проверим: я думаю, сегодняшний день уже покажет стабильность курсу национальной валюты.
ЦИФРЫ ОТ ПРЕЗИДЕНТА
«48 миллиардов гривен составлял отток депозитов населения в национальной валюте за два месяца. Все, что хотели забрать люди, обслугував Национальный банк, в том числе 2,8 миллиардов долларов, забранных из банковской системы».
* * *
«25% ипотечных кредитов не возвращается сегодня в Украине. А к призывам некоторых представителей правительства не возвращать их, потому что, мол, ничего с банком от этого не случится, этот показатель составлял 2,5%. Как можно так делать с интересами миллионов людей? Ведь те деньги, которые один человек одолжил на покупку квартиры или автомобиля, принадлежат не банку, а другому человеку, который принес свой вклад. То есть в действительности один человек прокредитувала другую через посредничество банковского учреждения».
* * *
«6 миллиардов долларов валюты за последнее время приобрело население вне банок».
* * *
«На 1,5 миллиардов долларов уменьшили выторг пидприемства-експортери. Если бы не было паники, эти деньги пошли бы на рынок, но через панические настроения субъекты предпринимательства остановили предложение валюты, оставив ее на своих счетах. Сейчас на них накопилось около 4,6 миллиардов долларов – такого количества на авуаре еще никогда не было, всегда преимущество предоставлялось национальной валюте».
* * *
«10,5 миллиардов долларов – втрое больше, чем год назад – составляет сальдо текущего счета. То есть мы продали на такую сумму меньше, чем купили. Обслуживать такой дефицит не может ни один Нацбанк. Нужно выходить из этой ситуации, создавать такие условия, чтобы экспортерам и импортерам было выгодно изменить соотношение на противоположное».
* * *
«На счете финансовых корпораций – 1 миллиард в минусе. А в прошлом году было почти 14 миллиардов в плюсе…».
НАЗАД В ПРОШЛОЕ
«Коалиция, которая не может работать без коммунистов, – это позорно»
- Рабочая коалиция – это минимум 226 голосов. Мы сегодня можем полемизировать относительно того, есть формально коалиция или нет, но если нет этой магической цифры, то коалиция не дееспособна. А ее нет, потому что 37 депутатов (от «НУНС». – Ред.) для большинства очевидно недостаточно. И все понимают, что эта коалиция будет работать только при условии, что ее неотделимым членом будет фракция Коммунистической партии. Если мы говорим о таком подходе к коалиции, то это еще более позорно. Как украинский гражданин, я не советовал бы никому в третьем тысячелетии обращаться к услугам коммунистической идеологии. Она принесла миллионы жертв, и украинская нация заплатила наибольшую цену в мире за то, чтобы от этой идеологии отдалиться. Коммунистическая партия привела к национальной трагедии, и этого никто не должен забывать. По вине коммунистов мы еще и сегодня ищем могилы своих дедов, а половина Украины еще и до сих пор ходит некрещеная. И силам, которые вроде бы декларируют демократичность и рыночный характер своей политики, обращаться сегодня к услугам такой идеологии – это, по моему мнению, политический позор. Когда Компартия формирует повестку дня и решает, что будет рассматривать или не рассматривать Блок Тимошенко, то это унизительно. К тому же, к сожалению, это Коммунистическая партия не Украины, и финансируется она, как мне докладывает СБУ, не из украинских источников, и работает не на украинские интересы. И политика парламента будет зависеть от силы, которая выступает за празднование 7 ноября и второй государственный язык?